Ловушка Фукидида: обречены ли на войну

Война между Китаем и США

Первый закон жизни: расти и размножаться

Второй закон жизни: размер имеет значение (количество имеет значение)

Войны не закончатся до тех пор, пока природа человека остается такой, какая она есть, пока люди готовы драться, движимые «завистью, корыстью, гордыней или жаждой мести за оскорбленную честь»

Афинянин Фукидид, историк, 5 век до нашей эры

Неизбежна ли война между Соединенными Штатами (сегодняшним гегемоном) и Китаем (государством-претендентом)?

Подзаголовок книги Грэхема Аллисона, профессора Гарвардского университета, которая стала бестселлером в Америке https://www.indiebound.org/book/9780544935273

За последние 500 лет профессор Аллисон насчитал 16 примеров такого стратегического противостояния, и только в 4 из них соперники сумели приспособиться к новым реалиям без войны. В других случаях государства на восходящей и убывающей траекториях сталкивались, причем войну могла начать как сторона, которая пытается сохранить статус-кво, так и сторона, стремящаяся разрушить статус-кво.

Спусковым крючком войны США и Китая в наше время, считает гарвардский ученый, может стать Северная Корея. Ничего необычного в этом предположении нет. Особенно, если вспомнить, что однажды, в 1950 году, именно такой сценарий и случился. Только тогда Китай был слабым врагом и столкновения не выходили за пределы Корейского полуострова.

Один старший морской офицер Китая так прямо и сказал мне: «Хотите избежать столкновений с нашим флотом в Южно-Китайском море - не заходите туда. Ведь вы не станете отрицать, что таких рисков не существует, например, в Карибском бассейне, а все потому, что наших кораблей там просто нет».

 

Из передачи Евгения Аронова на Радио Свобода Американский час. Видео

Александр Генис: В сложной и опасной сегодняшней политической ситуации, историки играют заметную роль. Им выпадает задача вставить нынешние конфликты в исторический контекст и предложить полезные аналогии. Не зря первый профессиональный историк Запада Фукидид переживает сегодня в Америке второе рождение: его имя фигурирует во множестве газетных и журнальных очерков, научных трудов. Об одной такой монографии, ставшей бестселлером, рассказывает наш коллега Евгений Аронов.

Евгений Аронов: Американский философ Фрэнсис Фукуяма писал в начале 1990-ых годов, что с победой Запада над СССР в «холодной войне» эпоха затяжных конфронтаций мировых держав, чреватых неизбывным риском перерастания в крупномасшабное вооруженное столкновение, завершилась. Другой историк афинянин Фукидид, живший в 5-ом веке до нашей эры, настаивал на том, что войны не закончатся, пока природа человека остается такой, какая она есть, пока люди готовы драться, побуждаемые «завистью, корыстью, гордыней или жаждой мести за оскорбленную честь».

Фукидид был ближе к истине, чем Фукуяма; по крайней мере, человечеству будет необходимо затратить очень много сил, чтобы доказать обратное. Такой вывод следует из последней работы сегодняшнего гостя АЧ, известного политолога, профессора Гарвардского университета Грэма Аллисона.

Когда экономика Сингапура прирастает ежегодно на 5-7 процентов, то соседи города — государства будут ему завидовать, но не опасаться. Когда такими же темпами год на годом растет экономика огромного Китая, то это само по себе создает повод для беспокойства в регионе. Ну а если бум экономики идет рука об руку с безостановочным наращиванием военной мощи гиганта, то абстрактное беспокойство сменяется уже настоящим страхом. Прежде всего, со стороны сегодняшнего государства-гегемона, чья мощь — не абсолютная, а относительная, в сравнении с мощью поднимающегося конкурента — ослабевает. «Ловушка Фукидида», так назвал этот феномен Грэхэм Аллисон. «Неизбежна ли война между Соединенными Штатами (сегодняшним гегемоном) и Китаем? (государством-претендентом)»; это подзаголовок его книги. За последние 500 лет Аллисон насчитал 16 примеров такого стратегического противостояния, и только в четырех из них соперники сумели приспособиться к новым реалиям без большой войны. Самый свежий пример: США и СССР. В остальных случаях державы на восходящей и понижающейся траекториях сталкивались, причем войну могла начать как сторона, пытающаяся сохранить статус-кво, и тогда это был упреждающий шаг, скажем, Франция и Англия против России в Крыму в середине 19-го века, так и сторона, стремившаяся разрушить статус-кво: Германия против Англии в 1914 году.

Грэм Аллисон: У моего издателя были сомнения по поводу целесообразности включения имени Фукидида в название книги, рассчитанной на широкую, а не специальную аудиторию. Но я настоял на том, чтобы это было сделано. Идеи Фукидида должны быть частью интеллектуального багажа любого грамотного человека. Он - родоначальник истории как научной дисциплины. Его толкования событий основаны на фактах и логике, он не пытается их объяснять вмешательством сверхъестественных сил, как это делали хроникеры до него. Он - автор массы мудрых мыслей на века, которые мы можем с выгодой позаимствовать. Поэтому уже подзаголовок моей книги наводит мостик между проблемами, занимавшими участников Пелопоннесской войны: был ли неизбежен этот судьбоносный конфликт Афин и Спарты? и современностью: неизбежен ли вооруженный конфликт между Америкой и Китаем?

Интеллектуальная преемственность между далеким прошлым и настоящим импонирует американцам. И еще больше китайцам: я недавно был в Пекине, и все мои собеседники были прекрасно информированы о Фукидиде. Не так давно почитатели этого древнего грека из числа высокопоставленных сотрудников аппарата Дональда Трампа пригласили меня на разговор в Белый дом. Даже героиня блокбастера «Чудо-женщина» рассуждает о Фукидиде.

Евгений Аронов: Означает ли успех, сопутствующий вашему проекту, что в Америке снова модно писать умные книге о войне? И при этом продвигать автора, высказывающего мысли, чуждые политкорректной профессуре, студенчеству и читающей публики, в целом? Например, в главе, которая называется «Мелосский диалог», Фукидид с одобрением цитирует ответ афинян на упреки представителей Мелоса в том, что они нарушают нормы справедливости, требуя от мелосцев пожертвовать своим нейтралитетом и принять сторону Афин в конфликте со Спартой. «Так уж устроен мир, что справедливость является предметом разговора лишь равных по силам, в остальном сильный требует то, что считает возможным требовать, а слабый вынужден подчиняться».

Грэм Аллисон: Для огромного большинства ныне живущих американцев, да и не только американцев, а, вообще, людей на Западе, война — это явление, с которым они никогда не соприкасались и которое плохо укладывается в их картину мира. На протяжении последних 70 лет человечество не знало войн между великими державами, и поэтому многие мои студенты в Гарварде думают, будто война, большая война, в принципе, безвозвратно канула в небытие. Они глубоко заблуждаются.

Как любит повторять профессор Джон Гаддис из Йельского университета, последние 70 лет были периодом «затянувшегося перемирия». Это - аномалия в истории человечества. «Затянувшееся перемирие» есть, на мой взгляд, продукт сознательных усилий Соединенных Штатов по созданию и поддержанию глобального военного и экономического порядка, который препятствовал возникновению больших войн и направлял конкуренцию стран мира в более или менее созидательное русло. Появление «альтруистичных гегемонов» происходило в прошлом крайне редко, и у нас нет никаких оснований полагать, что Америка и впредь будет готова или способна выполнять эту тяжелую миссию. Если люди не оценят уникальность этого периода и если дипломаты не смогут приспособить режим Pax Americana к реалиям поднимающегося Китая, то война с огромной вероятностью вернется в нашу повседневность.

Евгений Аронов: Профессор Аллисон, трудно ли вашим студентам принять мысль о том, что древних могли побуждать к войне «страх, честь, желание сохранить укорененный уклад жизни», то есть нематериальные мотивы, которые перечисляет Фукидид, нежели более распространенные в академической среде марксистские причины войн - эксплуатация, грабеж и погоня за сверхприбылямик?

Грэм Аллисон: Я разбираю в своей книге шестнадцать случаев противостояния держав умиротворенных и держав революционных. И показываю, что война, статистически, есть более вероятный исход таких конфронтаций, чем относительно мирное сосуществование. Я пытаюсь внушить своим читателям, что какими бы иррациональными ни казались им мотивы, толкавшие государства на силовые решения, от Пелопоннесской войны до Второй мировой, эти мотивы и эти войны повторяются в истории с пугающей регулярностью. Попытайтесь понять прошлое и извлечь из него полезные уроки.

Я подробно останавливаюсь на причинах Первой мировой войны. Она произошла вопреки артикулированным желаниям великих держав; ни одна из них не хотела большой войны. Все они, не осознавая этого, оказались в «ловушке Фукидида», подстроенной соперничеством умиротворенной Англии с ее агрессивной соперницей Германией. Даже номинальные победители в итоге потеряли намного больше, чем приобрели. А проигравшие — Германская, Австро-Венгерская и Российская империи просто исчезли. Никто из главных фигурантов, если бы можно было открутить сюжет обратно, не повторил бы по второму разу своих первоначальных решений.

Евгений Аронов: Захлопнуть «ловушку Фукидида» способен любой исторический пустяк, скажем, убийство австрийского эрц-герцога в Сараеве в июле 1914 года, подчеркивает гарвардский ученый. Спусковым крючком войны США и КНР в наше время, считает он, может стать Северная Корея. Ничего из ряда вон выходящего в этом предположении нет. Особенно, если вспомнить, что один раз, в 1950-ом году, именно такой сценарий и случился. Просто тогда Китай был более слабым врагом, и столкновения не выходили за пределы Корейского полуострова. Тогда врагом номер один был СССР, и Соединенные Штаты ни разу за все три года войны не рассматривали всерьез вариант с применением атомного оружия против китайцев. Второй раз история может повториться как трагедия куда большего масштаба.

Обратимся к «старине глубокой»: грандиозные баталии между Западом и Китаем могли случиться еще более пятисот лет назад, в середине 15-го века, в южных морях или в Индийском океане, только роли фигурантов были бы прямо противоположны нынешним: Китай как держава умиротворенная отстаивал статус-кво. Запад, Европа, был восходящей силой, стоял на пороге великих географических открытий и первых имперских завоеваний. Больших бед удалось тогда избежать благодаря тому, что Китай по причинам до сих пор не очень понятным внезапно самоустранился, разрушил свой могучий флот, погрузившись в глубокую изоляцию.

Грэм Аллисон: Этот исторический эпизод очень любопытный, и, вы знаете, весьма актуальный с точки зрения дня сегодняшнего, ибо самоустранение, уход от борьбы, тоже есть способ решения проблемы противостояния нисходящей и восходящей держав. Это - способ обойти «ловушку Фукидида».

Весьма примечательно, что китайцы, с которыми я разговаривал в Пекине, постоянно мне об этом напоминали. Один старший морской офицер так прямо и сказал: «Хотите избежать столкновений с нашим флотом в Южно-Китайском море — не заходите туда. Ведь вы не станете отрицать, что таких рисков не существует, например, в Карибском бассейне, а все потому, что наших кораблей там попросту нет!».

 

Мое послесловие. Эту статью Столкнуть лбами я написал полгода назад, даже не надеясь на понимание нашей фейсбучнои аудитории. Так оно конечно и произошло. «Китай полностью зависим от США экономически» и хоть ты тресни. Да что там, если уж на русском Радио Свобода я тогда не слышал кажется ни одного прямого намека на возможность вооруженного противостояния Китая и США. Да что там вооруженного, даже об экономическом противостоянии эксперты заговорили только летом, размышляя. Под конец лета - уже смелее, без сомнений, но только в экономическо-политическом смысле «сможет ли Трамп надавить на Китай, а Китай - на Северную Корею». Некоторые, впрочем, уже не стесняются откровенно говорить «не то чтоб не сможет, а просто не захочет».

Что уж тогда говорить о нашем фейсбучном сообществе, полностью погруженном в дела наши внутренние, войну с Московией и пиетет перед Западом. Дела наши интересны и важны, но и о внешнем мире не стоит забывать.

Китай уже не закроется, как в 15 веке. Китай не хочет вооруженного противостояния - он вполне удовлетворился бы экономическим господством и постепенной экспансией своих физических лиц. Да и кто не удовлетворился бы) Однако есть Московия, которая желает горячей войны между Китаем и США, как желал войны между Старками и Ланистерами Петир. Чтобы взойти по их трупам наверх. Потому что это единственный ее шанс там оказаться. Московия искусна в стравливании. И она помнит истинную природу человека. Запад забыл истинную природу человека, летает в облацех. По крайней мере большинство, но это - определяющее в демократиях. Китай.. не забыл, но они другие. Впрочем, старательно нас изучают.

Еще один важнейший фактор - морально-социальные принципы Запада значительно искажены и во многом неверны. Китай это понимает, и не согласится искажаться вслед ни под каким давлением. Запад настолько уверен в этих своих принципах, что подвергает анафеме неполиткорректных. Смогут ли ужиться на планете настолько разные две мощные силы еще раз? И на сколько лет.

А поводов для войны может быть много. Справятся с Северной Кореей - найдется второе и третье.